"Нумизмат" статья из газеты "Вечерний Бишкек" от 26 10 2012 http://members.vb.kg/2012/10/26/rodinka/1.html

"Нумизмат" статья из газеты "Вечерний Бишкек" от 26 10 2012     http://members.vb.kg/2012/10/26/rodinka/1.html

Нумизмат

Детское увлечение коллекционированием монет и вот уже 20-летняя профессиональная деятельность ученого-нумизмата в его судьбе счастливо совпали. Он может с гордостью сказать: “Мое хобби – работа!”
Однако то счастливое совпадение наступило после предыдущих 18 лет не совсем любимой им деятельности начальника буровой партии в изыскательском институте. Ему просто до чертиков надоело тогда постоянно воевать с начальством и подчиненными. Зато в нумизматике и археологии один из самых известных исторических экспертов Бишкека и всего Кыргызстана Александр КАМЫШЕВ наконец-то нашел самого себя.
Не так давно он с блеском защитил под руководством вице-президента Национальной академии наук Владимира Плоских и профессора Кыргызско-Российского Славянского университета Валентины Горячевой кандидатскую диссертацию сразу по двум специальностям - “Отечественная история” и “Археология” - о возникновении денежного обращения в Семиречье тысячу с лишним лет назад. И это далеко не отвлеченная тема. Камышев давно стал постоянным консультантом на общественных началах нашего Нацбанка насчет чеканки юбилейных и памятных монет Кыргызстана.
Александр - автор пяти книг по нумизматике. Сейчас готовит сразу шестую и седьмую. Его авторитет признан на просторах СНГ и в дальнем зарубежье –приглашают на самые престижные научные конференции. Он - член жюри международного конкурса Coins , по выбору лучшей монеты года, а также входит в правление Восточного нумизматического общества при Кембриджском университете.
А еще Камышев – неутомимый исследователь, тысячи километров исходил по долинам Тянь-Шаня, богатейшему, как он уверен, археологическому Клондайку планеты Земля.
Никогда не угадаете – какой подарок желает Михалыч получить к приближающемуся собственному 60-летию? Оказывается, нет, не очередную диковинную уникальную монету он хочет найти. Камышев мечтает доказать, что средневековый “монастырь армянских братьев в местности, называемой Исиколь”, где согласно Каталонской карты XIV века хранились мощи апостола Матфея – …знаменитый памятник древнего зодчества Таш-Рабат на Центральном Тянь-Шане! И это не просто мечты. Камышев уже собрал и опубликовал немало доказательств в подтверждение своей “экстравагантной и парадоксальной гипотезы”.
Переселение в Россию. И – в Америку
- Первый традиционный вопрос нашей рубрики: лично для Александра Михайловича Камышева с чего начинается Родина?

-Родина начинается с наших прадедов и отцов, это они создали ту страну, в которой мы живем. Я давно пытался выяснить свою крестьянскую родословную. По-хорошему каждый кыргызстанец должен знать своих предков до седьмого колена, а я пока выяснил только до третьего. Знаю лишь, что дед переехал из Рязани в Сибирь, вернее, из Рязанской в Томскую губернию. Тогда, во время столыпинской реформы, раздавали окраинные земли. Там он и начал крестьянствовать. Отец мой тоже был крестьянин, и, по идее, мне предстояло перенять эстафету. Но немножко не сложилось. Эпоха сменилась.
- А как, все-таки, из горных инженеров становятся историками и археологами?
- Вообще-то, стать археологом мечтал еще в детстве, мне всегда нравились путешествия, а археология представлялась мне такой романтичной и интересной. Но археологического института в Сибири я не нашел, а Томский политехнический был рядом с родным Кузбассом. К тому же привлекало, что геологи тоже вовсю странствуют по свету. Вот так выбор пал на геологоразведочный факультет.
- Потом, соответственно, направление в Киргизию…
- Нет, по направлению я попал на Дальний Восток и работал на Камчатке. А вот Кыргызстан – это родина моей супруги.
- То есть, на Камчатке познакомились?
- Нет, она тоже заканчивала Томский политехнический. Мы вместе поехали на Камчатку, потом в Кузбасс, а потом уже в Кыргызстан. Приехали в 1977-м в отпуск, и так понравилось, что остались навсегда.
- У вашей супруги Валентины Вениаминовны родовые кыргызстанские корни насколько длинные?
- Она кыргызстанка в четвертом поколении, ее бабушка родилась в 1887 году уже здесь.
- То есть, они намного раньше столыпинской эпохи приехали?
- Да, ее род Весловских переселился из Астрахани в район нынешней Кара-Балты еще во второй половине позапрошлого века.
- А ваши дети?
- Дочь Евгения закончила 13-ю школу с золотой медалью, поступила в АУЦА, и как медалистка училась бесплатно. После первого курса по обмену студентов поехала в Америку в университет штата Небраска. На третьем курсе по президентской программе «Кадры XXI века» - снова в США на учебу. Закончила Джорджтаунский университет в Вашингтоне, вернулась, как положено, в Бишкек, работала в Нацбанке ведущим экономистом и преподавала в АУЦА. Потом получила приглашение на работу в американскую консалтинговую фирму, и снова уехала в Штаты.

А сын Павел поступил в американский колледж еще в 14 лет, там в Соединенных после окончания колледжа так же бесплатно учился в Йельском университете, работал программистом в Майкрософте, а недавно перешел в Фейсбук.
- У ваших детей связь с Кыргызстаном сохраняется?
- Американский зять Николя прилетал с нашей дочерью в Бишкек два раза. Впечатления от Кыргызстана у Николя интересные. Он недоумевал, почему мы считаем, что Кыргызстан – бедная страна. Рассказывает, что жил в Индии, вот это бедная страна. У вас, в Кыргызстане, говорит, дорогих иномарок больше чем в Америке. Это было 12 лет назад. А сейчас они вообще весь Бишкек заполонили. В Кыргызстане множество людей с приличным образованием, тоже большой плюс.
Еще Николя поразило следующее, когда ходили к Жениным друзьям. Дескать, смотришь – дом снаружи выглядит убого, а заходишь в квартиру – там суперремонт, даже для Америки нечастый. Вот такой контраст.
Иссык-Куль Николя безумно понравился и наши горы. Евгения и Николя ходили на три недели на Хан-Тенгри – но не как альпинисты, а как горные туристы. Это они после магистратуры путешествовали: были еще в Индии, Непале, Франции.

Археологический клондайк всемирного значения

- Понятно, чем Кыргызстан удивил молодую американскую семью. А с чего начиналась жизнь в Киргизии молодой советской семьи Камышевых.
- Мы приехали, начали жить… И последовало интересное генеалогическое открытие. Гипотеза, по крайней мере. Знаете, как часто говорят – “копни русского, найдешь татарина”. Поскольку меня вдруг стала занимать, в основном, история тюркских каганов и борода у меня растет только на кончике подбородка, как у аксакала, поэтому жена и усмотрела в этом интересе к древним тюркам какую-то связь на генетическом уровне.
- А вот за почти двадцать лет работы изыскателем, какая оказалась у вас первая историческая, археологическая находка? Монета, копье?
- Это было в районе Кочкорки: буровики бурили скважину, и шнек выкинул из глубины на поверхность бронзовый нож эпохи бронзы. Такое совпадение! Маленькая скважина наткнулась на древнюю находку. Я распрямил тот нож и понес Валентине Дмитриевне Горячевой.
- А откуда горный инженер знал по-настоящему выдающегося местного археолога?
- Мы познакомились с ней гораздо раньше, на руинах Новопокровского буддийского храма. На тех руинах, толком не подумавши, в советское время воздвигли дом культуры имени Кирова. Соответственно, тот ДК через некоторое время стал разваливаться. Задача изыскателей состояла в изучении прочностных слоев в основании фундамента и поисках инженерных средств для спасения очага культуры. А Валентина Дмитриевна курировала проходку шурфов по культурному слою, смотрела, что мы там выкапываем. Там я с ней и познакомился. Потому после находки в Кочкорке, я уже знал, куда что нести.
- А было ли тогда ощущение, что специальность горного инженера придется оставить ради истории и археологии?
- Тогда еще не было. Знакомство с Горячевой - высоко эрудированным ученым и увлеченной своей работой специалистом - сыграло огромную роль в моей судьбе. Я напросился к Горячевой на раскопки. И в течение лет 5-6 во время отпусков ездил в археологические экспедиции на городища Бурана и Красная Речка. Сначала один, потом дочку стал брать с собой. У Валентины Дмитриевны я и прошел свои археологические университеты и потому считаю ее своим Учителем. Второй выдающийся ученый, с которым свела меня судьба это, наш земляк-кыргызстанец, к сожалению, рано ушедший из жизни, доктор исторических наук Кочнев Борис Дмитриевич. Он научил меня видеть в средневековых монетах источник информации для восстановления множества событий прошлого.
- Нередко говорят о богатейшем историческом наследии в Кыргызстане. Вы согласны?
- Безусловно. Кыргызстан обживался не одно тысячелетие, и все племена и народы оставили на этой земле свой след. Надо учесть, что здесь находился оживленный перекресток Великого Шелкового пути и располагались столицы великих каганатов. И можно смело заявлять, что на территории Кыргызстана располагаются памятники мировой культуры. Но при изобилии памятников прошлого мы наверно единственное в СНГ государство, у которого в законе «Об Охране памятников истории и культуры» отсутствует статья запрещающая начало строительства без предварительного археологического обследования. Сейчас запланировано возведение каскада Верхне-нарынских ГЭС, а кто изучал археологические памятники, попадающие в район затопления? К сожалению, из описанных чуть более полувека назад археологом Александром Бернштамом 18 крупных городищ и 50 поселений в Чуйской долине сейчас осталось “в натуре” всего лишь несколько! Ак-Бешим, Бурана, Красная Речка. Некоторые как Нузкет (Кара-Балта) превращены в городскую свалку, такая же участь сегодня ожидает Кен-Булун. Остальные разровняли под сельскохозяйственные поля, разрыли под карьеры, превратили в кладбища. Совсем недавно замечательное городище на окраине села Кызыл-Туу Сокулукского района, с богатейшим археологическим наследием, начали застраивать особняками. Практически уничтожены и все четыре замечательных городища на территории Бишкека.
- Кстати не слышали, когда, наконец, ограду поставят вокруг цитадели Кузнечной крепости на одноименной бишкекской улице? Там, где ровно 1500 лет назад, согласно многолетним исследованиям доктора исторических наук Горячевой, возник город Джуль? Место ведь красивейшее, ограда защитит археологический объект всемирного значения от самовольной застройки. А за вход на цитадель мэрии Бишкека не грех было бы и небольшую плату взимать с экскурсантов, хотя бы для финансирования охраны объекта.

- К сожалению, сегодня даже сооружение ограды маловероятно. Завтра и послезавтра, увы, тоже. Людей дела у нас очень мало. Слова мы научились говорить очень хорошие, а вот практических дел со стороны наших чиновников не заметно.
- Было когда-то, в советскую эпоху, “Общество охраны памятников истории и культуры”.
- Да уж, в основном детишки-школьники по 10 копеек туда взносы платили. За что Общество многие ругали. Однако тогдашние школьники прекрасно знали, какие исторические памятники в их районе. Нынешние чиновники ничего не знают о памятниках на своей территории. Или не хотят знать. Когда я работал в институте изысканий, мы по просьбе Академии Наук пробурили три скважины на Кузнечном городище. Самая глубокая зафиксировала непрерывный культурный слой на глубину до шести метров. Бурили там, где поверхность цитадели была свободна от тогдашних обитаемых землянок и прочих избушек-завалюшек.
- И какие были находки?
- Верхний слой - кокандская керамика. Среди нее даже металлический курок от старинного ружья встретился. Средний слой – керамика караханидской эпохи. Затем – согдийская керамика VII-IX вв.
- Но согдийская керамика – именно та, которая подтверждает датировку профессором Горячевой 1500-летнего возраста города Джуля, а ныне Бишкека цитадель которого была не месте гигантского рукотворного холма в центре Кузнечной крепости? Почему Александр Михайлович не хочет помочь в утверждении этой точки зрения?
- После карательных походов Тамерлана в Чуйской долине были уничтожены остатки городской культуры, и пришедшие через столетия в эти места иные племена про города уже ничего не знали. О какой преемственности городов на месте того Джуля можно говорить? А вот историю Пишпека - Фрунзе – Бишкека по сохранившимся документам надо тянуть с 1825 года, с момента закладки кокандцами крепости Пишпек. Но у нас преобладает политической точка зрения на историю и потому за начало отсчета выбрана другая дата, 1878 год.
- Вас называли “первооткрывателем монастыря армянских братьев на Иссык-Куле”, когда вы обнаружили таинственную пещеру с монашескими кельями на северном побережье озера. .Вам предлагали докторскую диссертацию на этом материале срочно готовить. А трудно было перешагнуть через себя и через мнения высокопоставленных историков, чтобы заявить несколько лет назад на страницах “Вечернего Бишкека”, мол, согласно обнаруженным вами же архивным документам это, как выяснилось, храм-молельня начала ХХ века?
- Ничего такого страшного нет, я спокойно это воспринял. Я даже обрадовался, ведь истина всегда интереснее. Если ошибся – значит, нужно искать другой вариант.

- Надо бы, наверно, признать, что попытки найти этот армянский монастырь – абсурдны, хотя бы потому, что уровень озера последние столетия непрерывно менялся, озеро как бы дышит, и, если и были какие-то остатки монастыря, то они давно поглощены озером. Еще абсурднее попытки разыскать на дне озера святые мощи. Ведь монахи в любом случае, будь то землетрясение или нападение врагов, обязаны были сначала эвакуировать в безопасное место священные реликвии, а только затем спасаться самим.
- Нет. Дело вот в чем: монастырь обозначен на Каталонской карте – это крупное каменное сооружение, своеобразный ориентир на местности. Под эти параметры подходит укрытый в горах Таш-Рабат. Дата его сооружения IX-X вв, а не XV, как считалось ранее, и находится он в стороне от торговой трассы, и потому не может быть караван-сараем.
- А почему не удалось пока найти никаких свидетельств, что это - так долго разыскиваемый монастырь ?
- Дело в том, что туда в XIX веке перешли переселенцы-дунгане, которых выгоняли китайцы. И они там жили и умирали. И вся округа покрыта могильными холмиками. И на нижний слой христианских захоронений легли новые. И копать их сейчас как-то неэтично. Археолог и реставратор Светлана Перегудова раскопала вокруг много таких захоронений. Сейчас уже научно доказано, что Таш-Рабат, это каменное сооружение монастырского типа. Осталось установить – какой - буддистский или христианский. К сожалению, пока мало достоверных фактов, что это именно он обозначен на Каталонской карте.
- Еще один наш традиционный вопрос. Что же будет с Родиной и с нами?
- Вообще, я оптимист. Хочется верить, что все будет прекрасно. Хотя с другой стороны, как преподаватель, я вижу на примере студентов, что современное поколение растет пассивное и у него нет веры в будущее. Я пытаюсь им эту веру привить, доказывая, что, если есть желание – то всего можно добиться. Сейчас открываются огромные возможности. Стране необходимы классные специалисты, мы сами – кузнецы своего счастья. Надо хотеть и стремиться. А если стремления нет, то не будет и прогресса. Всегда привожу своих собственных детей в пример в ответ на утверждения, что без высокопоставленных родителей карьеру не сделаешь и потому учиться бессмысленно. А если в начале пути опустить руки – ничего не добьешься. Ну и естественно нужно много работать.
Фрагменты истории
Александр Камышев раскрыл секрет: намерен заняться популяризацией истории и археологии еще активней, нежели сейчас. Очередную свою книгу, “Записки кладоискателя”, на сей раз о времени и о себе, мэтр уже подготовил. И разрешил познакомить с ее фрагментами читателей “Вечернего Бишкека”.
Моя первая находка.
— …Посмотрите, какой большой фрагмент, — обратил я внимание профессора Горячевой на свою находку.
— А что особенного вы в нем обнаружили?
— Вот видите, здесь нацарапан какой-то орнамент. А вот тут, на ручке, четкие отпечатки пальцев древнего гончара. Если провести их дактилоскопический анализ, то по этим отпечаткам можно определить всю посуду, которую он изготовил.
Валентина Дмитриевна посмотрела на меня с интересом.
— Пожалуй, я заберу этот фрагмент. Найдется у вас, во что его завернуть? Если это вам любопытно, приезжайте на следующий год ко мне на раскопки. Таких обломков мы собираем тысячами, среди них вы сами сможете отыскать продукцию вашего гончара.
Сегодня я понимаю всю абсурдность моего «научного» предложения, но в тот вечер не было на земле человека счастливее меня. Я гордился своим весомым вкладом в изучение истории Кыргызстана.
Обол Харона
Однажды мне крупно повезло. В захоронении на древнем городище мне в руки попала крохотная раковина каури, которая в древности использовалась как эквивалент денег.
— Неплохой экземпляр, хотя такие бусинки довольно часто встречаются на этом городище. А где она находилась? — спросила руководитель нашей археологической экспедиции.
— Рядом с черепом.
— Это может быть «обол Харона». По аналогии с древнегреческим обычаем, когда в рот умершего клалась монетка для уплаты Харону за переправу через подземную реку Стикс. Правда, я не встречала заимствование этого обычая зороастрийцами. Надо порыться в археологических отчетах наших узбекских и таджикских коллег, если такие находки отмечены и ранее, то можно сделать интересное заключение о сохранении согдийцами древнегреческих традиций.
Самая интересная профессия в мире
В своем школьном сочинении моя дочь однажды написала, что Профессия археолога с возможностями постоянных открытий самая интересная в мире…
Однажды в экспедиции мы с дочкой расчищали подземную тюрьму - зиндан.
Женя, а ну-ка, обуй ручки, — говорю я дочери.
Она заупрямилась, отвечает, что перчатки большие и работать в них неудобно.
— Как ты думаешь, доченька, куда водили узников в туалет? – задаю я ей вопрос.
Она немного подумала и спрашивает:
— Папа, можно я больше не буду копать этот зиндан?
История открытия.

История возникновения денежного обращения в Семиречье стала темой моей кандидатской диссертации. Литые бронзовые монеты, появившиеся во времена правления Тюргешского каганата, в начале VIII века известны трех размеров, но надпись, или выражаясь на языке нумизматов, легенда, на них была идентичной. На монетах не проставлялся год выпуска, что давало ученым почву для жарких дискуссий об их датировке. Обработав более двух тысяч раннесредневековых монет, я составил новую хронологию их выпуска, в основе которой лежала инфляционная теория. Другими словами я использовал устоявшуюся в веках закономерность, что со временем деньги дешевеют, и соответственно монеты уменьшаются в размере и весе, или изготавливаются из менее ценных сплавов. Это правило исправно работает, начиная с античных времен и до наших дней. Вот я и доказывал, что сначала выпускались крупные тяжелые монеты, потом облегченные и к концу VIII века совсем уже легковесные. Мои оппоненты придерживались других взглядов, полагая, что монеты разных размеров выпускались одновременно уже на первой стадии денежного обращения, то есть в начале VIII века и представляли собой дробные части основного номинала. Спорить, кто прав, а кто искренне заблуждается, можно было до бесконечности, отыскивая слабые стороны в рассуждениях противников. Единственное что могло поставить жирную точку в этих спорах это клад, где крупные или наоборот мелкие монеты находились бы вместе с каким-нибудь хорошо датируемым предметом. Вот такой клад я и искал целых семь лет.
Наконец, такой клад нашелся. Но мой старший товарищ по рассеянности куда-то задевал единственно четко датируемую монетку из клада – древнюю китайскую. Я расстроился донельзя. В это время у друга зазвонил телефон…

Перстень стратега
В процессе поиска тюркской ставки я случайно познакомился с охотником Виктором, облазившим все окрестные с Токмаком вершины. Он то, как раз и вспомнил, что у подножья Колдун – горы, расположенной на казахстанской территории, ему встречались крупные наскальные рисунки и святилища сложенные из дикого камня. Надо заметить, Колдун гора самая высокая в гребне, протянувшемся на восток от Токмака. Необычен и её пик, с северной стороны при желании на него можно свободно заехать на мотоцикле, а вот на южную сторону он обрывается крутыми скалами. Местные жители, что бы узнать погоду, смотрят на эту вершину, которую еще называют «Календарь». Примета у них простая, если гора затянута облаками – жди ненастье. Как мне удалось выяснить: «календарь» это русское произношение тюркского слова «Календер» — что означает — странствующий дервиш, отсюда видимо и второе более распространенное её название — Колдун-гора. Вот там и найден был необычный перстень с латинскими клеймами….
Новый год на американском пляже.
Один из предновогодних дней я проводил в далекой Америке, где познакомился с москвичем - кладоискателем.
Владимир протянул находку мне, и я просто остолбенел – на его ладони лежал николаевский червонец. Состояние золотой монеты было далеко от идеала, да и год выпуска самый распространенный, но как она попала сюда на край света так далеко от своей родины? С точки зрения теории вероятности, шанс находки старинной российской монеты на калифорнийском берегу иначе как чудом не назовешь.
— Наверно её потерял белогвардейский офицер, эмигрировавший из России после Гражданской войны, а может, новый русский, контрабандой провезший золотые монеты и соривший ими без особого сожаления, — начал гадать Владимир, но сразу сменил тему. – Может, обмоем находку, я угощаю, возьмем бутылку русской водочки и примем на грудь за знакомство и фарт.
— К сожалению, я уже через полчаса уезжаю, — подосадовал я, что наша встреча произошла так поздно.
— Обидно, а который час? Кстати, через десять минут в Москве начнется Новый год,— засуетился мой новый знакомый. — Давайте отметим, у меня есть во фляжке, для такого случая!

Александр ТУЗОВ.
Фото Темира СЫДЫКБЕКОВА и Александра КАМЫШЕВА.