Денежный слиток из эпоса "Манас"

 Денежный слиток из эпоса "Манас"

Устные киргизские предания сохранили немало упоминаний о джамбах – серебряных и золотых слитках, так в эпосе «Манас» в главе «Тризна по хану Кокетею» описываются состязания в стрельбе из лука с целью сбить подвешенный на высоком шесте джамбы.
На высоте шестидесяти тянь-шаньских елей сверкал на солнце чудесный золотой слиток - джамбы. Никто не смог сбить джамбы, ибо слишком высоко висел он, и даже самые лучшие стрелки не достигали своими стрелами золотых жил, которые удерживали драгоценный слиток.
Гремел барабан, и очередной стрелок пытался сбить золотой джамбы, но тщетно: стрелы бойцов не достигали цели.
И снова грохнул барабан - это выехал Манас.
Притихли люди.
Манас толкнул коня вперед и понесся навстречу цели.
Не отрывая прищуренного взора от золотого джамбы, он натянул свой богатырский лук и выпустил стрелу. Словно лопнули небеса с таким звоном отозвалась тетива богатырского лука, и с диким визгом ушла стрела и перебила золотую жилу, удерживающую джамбы. И пока драгоценный слиток кувыркался в воздухе, падая с огромной высоты, Манас повернул коня и ловко подхватил джамбы на лету, словно кобчик воробья.
Толпа взревела от восторга.
Манас проскакал перед восхищенно ревущей толпой, показывая всем золотой джамбы, и положил его перед седобородым Кошоем. Кошой поднял золотой джамбы и, под рев толпы, вернул его Манасу. Все были довольны.

Несмотря на популярность использования в сфере денежного обращения серебряных слитков в приграничной торговле Китая они довольно скупо отражены в нумизматической литературе, в том числе и в самом Китае. Ямбы (в кыргызском произношений – джамбы) имели достаточно широкое распространение на территории Кыргызстана. Они отмечены в кладах и до сих пор хранятся в некоторых семьях как объект тезаврации, или символ богатства и благополучия. Форма слитков практиковалась самая разнообразная, но наиболее часто встречаются овальные слитки, концы которых приподняты вверх, отдаленно это форма напоминает копыто животного. Существует легенда, что джамбы отливались в след от копыта животного, потому в Кыргызстане джамбы в зависимости от веса получили названия «тай туяк» - лошадиное копыто и «кой туяк» - баранье копыто.
В русской и европейской литературе также встречается несколько вариантов названий этих слитков. Русское название «ямб» (старинный вариант «ямба») как и кыргызское «джамбы» происходит от китайского «юань бао» и переводится как «источник богатства». Другой вариант перевода этого термина трактуется как название династии Юань (1279-1368 гг.), поскольку именно тогда серебряные слитки ладьеобразной формы получили широкое распространение. Английское название ямбов – sycee. Существует два варианта происхождения этого термина, первый от китайского сисы, что означает «тонкий шелк». При отливке слитков на их верхней поверхности вследствие покачивания или неравномерного охлаждения образуются концентрические рельефные разводы, напоминающие переливы муаровой ленты. Другой часто употребляемый термин – shoe, переводимый на русский язык как «туфелька», «башмачок» пошел якобы от сходства слитков с миниатюрными туфельками китайских женщин. По другой версии голландские купцы видя в форме слитков сходство с лодкой, стали называть их – schuit – «лодка», а по-английски это напоминает shoe – «туфля».1
В XIX в. ямбы выпускались в Китае частными предприятиями (банками, лавками, мастерскими или купеческими гильдиями) различными по весу от 1/2 до 50 лян, что составляло вес от 17-19 до 1790-1850 граммов. Информация о месте, времени и названии учреждения, изготовившего слиток, отчеканивалось на его верхней плоскости одним или несколькими штемпелями. Иногда такая легенда представлена одним иероглифом. Высокое качества серебра в слитках от 970 до 1000 пробы и отсутствие подделок ямбового серебра привлекало северных и западных соседей Китая.
Более полную информацию о ямбах и денежном обращении в Восточном Туркестане, и среди племен Дикокаменных кыргызов2 можно почерпнуть в трудах выдающегося казахского ученого Чокана Валиханова (1835-1865). Офицера русской армии, члена Российского географического общества, Валиханова традиционно считают российским путешественником. Вместе с купеческим караваном из предосторожности приняв имя кокандского подданного Чокан. Валиханов в 1858 г. проник в Кашгар и, пробыв там 5 месяцев, оставил доклад с географическим и историческим обзором, сведениями о народонаселении, состоянии промышленности и торговли. Некоторые из них имеют отношение к истории Кыргызстана.
Валиханов отмечает, что кыргызы имели торговые связи со всеми своими соседями: с Кашгарией, Кокандом, Китаем и Россией. Однако сами ничего за пределы своей страны не вывозили; торговые отношения ограничивались обменом на баранов товаров, завозимых в кыргызские кочевья иностранными купцами.
В своих отчетах Валиханов приводит курсы для пересчета различных денежных эквивалентов - медных монет, разнообразных по весу серебреных слитков-ямбов, российских рублей, кокандских и бухарских золотых монет и баранов двухлеток. Бараны почитались самой неудобной «валютой» так в 1856 году остались непроданными более 40000 баранов, хотя цена на двухлеток была баснословно дешева: от 50 до 40 копеек серебром. Особенно высоко ценились ямбы, гораздо выше, чем соответствующие им по весу количество российских серебряных рублей.
Сведения по истории денежного обращения соседнего Китая, представляют интерес в связи с находками на территории Кыргызстана нескольких кладов китайских монет, и клада ямбов, изучение которых позволяет определить их место и роль в торговых связях кыргызских племен середины XIX в.
В 2003 году в антикварный магазин Бишкека был доставлен клад из 6 серебряных ямбов найденных в Оше. Клад содержал два слитка весом 1828 и 1834 грамм, два слитка весом 372 и 374 грамм и два весом 186 и 180, 8 грамм. Слитки разошлись по частным коллекциям, но некоторые из них удалось сфотографировать и определить время и место изготовления. Несколько ямбов различного веса хранятся в Государственном историческом музее и Нумизматическом музее Национального Банка Кыргызстана.
На основании сведений Ч. Валиханова, нумизматических находок и кладов можно сделать следующие выводы. Денежное обращение Кыргызстана середины ХIХ вв. оставалась слаборазвитым. Своей денежной единицы кыргызы не имели и с соседними странами вели, в основном, меновой торг, в качестве всеобщего эквивалента при обменных операциях была овца, а для крупных сделок использовались китайские серебряные слитки - ямбы. Популярность этих слитков как символов богатства была среди местного населения столь высока, что до наших дней сохраняются легенды и предания о джамбах некогда хранимых в кыргызских семьях.